Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава

Одной из более бросающихся в глаза особенностей лиц с шизоидными личностными чертами является их пренебрежение к принятым соц ожиданиям. Эта особенность наглядно проявляется при сопоставлении шизоидных лиц с нарцисстическими. Лица с шизоидным личным расстройством ясно равнодушны к воспоминанию, которое они создают на других людей, и к последствиям таковой оценки на их Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава последующую судьбу. Им не характерны ни конформизм, ни уступчивость. Проявление таких особенностей не может не отразиться на качестве межличностного общения, и, невзирая на внутреннее чувство одиночества и тяге к контакту, они не склоны к компромиссам. Они нередко ведут себя не так, как ждут окружающие. Неловкость в соц Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава общении, неумение участвовать в совместной деятельности смешивается с искусственностью, зажатостью, противоестественностью. Молвят, что шизоидный Self проявляется на неопасной дистанции от других людей. Оппозиционность, неумение соглашаться с тем, что является естественным, могут сопровождаться отстраненностью, легким сарказмом, драматичностью, тенденцией нарушать принятые правила.

Лица с шизоидными особенностями, живущие в Стране восходящего солнца, проявляют психическую злость Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава по отношению к членам семьи, что в целом является нетипичным для японских семей. Аналитики считают, что отрицательное отношение к правилам носит защитный нрав и обосновано желанием показать безрезультативность предъявляемых к ним требований и рвением заблаговременно занять отстраненную позицию.

М.Ballint (1945), сравнивая состояние покинутости и состояние поглощения, пришел Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава к заключению, что угроза покинутости является для шизоидной личности наименьшим злом, чем поглощение. В работе "Дружеские экспансии – страшно пустые места" создатель отмечает два вида угроз. Он выделяет понятие "филобат" – человек, который любит дистанцироваться и под воздействием стресса "уходит" от людей; и "окнофил" – человек, который любит близость и, находясь под воздействием Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава стресса, тянется по направлению к людям.

Интенсивно дискутируется вопрос о том, что представляют собой шизоидные лица в целом. McWilliams (1994) подчеркивает, что, невзирая на производимое на окружающих воспоминание прохладных, не заботящихся ни о ком и ни о чем людей, это мировоззрение некорректно. Шизоидные лица могут проявлять заботу при условии сохранения личного Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава места. Они не подпускают других очень близко.

Большущее значение для этих людей имеет самооценка. Она, обычно, связана с их персональной творческой активностью, которая почти во всем обуславливает их личностную интеграцию, самовыражение. Для их не принципиально показать личную силу, приемущество над другими, получить положительную оценку. Самым весомым является Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава возможность проявить свои природные свойства, оригинальность, уникальность и получить собственное одобрение. Их внутренняя нацеленность на итог еще важнее рвения к наружной оценке творческого процесса. Собственные эталоны оценки себя в творчестве очень высоки. Для их в особенности принципиально проявить себя как личность, заявить об авторской позиции и резко отторгнуть заимствование.

Вовлеченность Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава в творческую активность целесообразна в терапии шизоидного расстройства. Эта активность может проявляться спонтанно в различных направлениях, и очень принципиально, чтоб она стимулировалась. Креативная продукция имеет абстрактные формы, так как по другому выразить особенности чувственной сферы (отчуждение, гиперсенситивность) шизоидные пациенты не в состоянии. В рисунках таких людей видны различные Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава цвета чувственных состояний и их эволюционирование под воздействием наружных причин.

По воззрению психоаналитиков, людей с такового рода нарушением в целом нельзя именовать некооперативными. Они относятся с почтением к тем, кто проводит с ними терапию, стремятся, невзирая на трудность, установить с ними доверительные дела. Положительным моментом терапии является формирование жесткой аналитической Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава рамки: ограничение во времени сеанса, контракт по поводу оплаты, запрет близкого контакта, прикосновений, похлопываний по плечу, эротизированных отношений. Это понижает ужасы пациента в отношении сверхвключения, поглощения аналитиком, смешивания и т.д. Шизоидные пациенты относятся к терапии с такими же эмоциями, которые охарактеризовывают их дела с другими людьми Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава. Обычно, это композиция большой чувствительности, ужаса, поглощения. Они отыскивают помощи в связи с тем, что их изоляция стала очень болезненной, либо в связи с преследованием специфичной цели, к примеру, преодолеть какие-то угнетения для установления важного контакта с целью знакомства с кем-то.

Характерные им нарушения являются эгосинтонными и не рассматриваются Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава как признак болезненного состояния, нарушения. В таком случае целью воззвания за помощью может быть желание избавления от депрессии, тревожных состояний. Предпосылкой визита к спецу является чувство "пограничности" – грани того, что они могут стать на психическом уровне нездоровыми.

Шизоидные лица плохо вербализуют жалобы. Свое состояние сначала терапии они Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава охарактеризовывают как чувство потерянности и пустоты. Возникающие в процессе анализа долгие периоды молчания не должны обескураживать аналитика. Очень принципиально, чтоб у пациента усиливалось чувство безопасности во время терапии. Они тонко воспринимают реакции аналитика, его внутреннее состояние, невзирая на то, что оборотной связи при всем этом не проявляют. Потому очень Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава принципиально не вызвать у их волнения, паники. Основной задачей терапевта является нахождение метода проникания в личный мир пациента, исключающего появление суровой волнения.

В связи с отстраненностью и нечетким стилем коммуникаций, может появиться восприятие пациента как увлекательного, но чудаковатого человека, но этим ограничиваться нельзя. Соответствующего для диагностики шизоидной личности клише очевидно Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава недостаточно для действенной корректировки этих состояний. Совместно с тем, человек с шизоидным личным расстройством смотрит за тем, не теряет ли психоаналитик энтузиазма к нему; следит за его реакциями на манеру общения, подачи себя пациентом, наличие перепутанных посланий и др. Шизоидные лица страшатся, что терапевт может прореагировать на их так же, как Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава реагируют другие, в том числе близкие люди, другими словами отвернуться от их чувственно, посчитать безвыходными, полусумасшедшими.

Обычно, такие пациенты не вызывают у аналитика реакции волнения. Может быть появление чувства слабости с вопросом: "Что все-таки можно еще сделать?"

Одной из нередко возникающих заморочек в работе является достоверность Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава диагностики, так как шизоидное расстройство в выраженных случаях может припоминать заболевания психотического нрава. Для дифференциальной диагностики очень принципиальным фактором является установление отсутствия какого-то периода, который мог бы быть расценен как изменение и начало развития этого состояния. Так, к примеру, при шизофреническом процессе всегда удается отыскать, если не точку Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава отсчета, то, во всяком случае, некий период, до начала которого пациенты не проявляли нарушений, обычных для состояния, по поводу которого они обратились.

Дифференциальной диагностике может посодействовать отсутствие продуктивных симптомов, к примеру, бредовых мыслях, галлюцинаций. Следует уделять свое внимание на наличие либо отсутствие формально нарушенного мышления. Дело в том, что пациенты могут Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава нечетко выражать свои мысли, испытывать затруднения в формулировании препядствия, но для их нехарактерна дезорганизация мышления. Бывают случаи, когда осторожность, замкнутость, недоверие к спецу приводят к остановкам речевой продукции, которые могут быть некорректно расценены. Эмоциональное состояние таких людей просто объяснимо и не находится в противоречии с другими психическими Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава функциями.

Психические испытания могут стать дополнительным способом диагностики состояний декомпенсации. Если декомпенсация характеризуется психотическим уровнем, она просит внимательного анализа. Декомпенсация может быть проявлением быстропроходящего краткосрочного психологического расстройства, что просит ее соотнесения с предыдущей симптоматикой.

Трудности в диагностике появляются тогда, когда в состояниях декомпенсации люди смотрятся более нездоровыми, чем они есть по Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава сути. Следует уделять свое внимание на предпосылки декомпенсации, причины и механизмы, содействующие ее развитию.

Задачка спеца состоит в попытке, как может быть, сделать шизоидных лиц более вставленными, невзирая на выраженность нарушений. Принципиально, чтоб такие пациенты ощущали себя более психологически комфортабельно.

Обращается внимание на свойственное для шизоидных Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава лиц содержание процесса изоляции. Такие состояния не являются "пустыми". Они заполнены различными размышлениями, воображаемыми видами из мира желаний, собственных фантазий. В этом проявляется их креативность, творчество, которые они не всегда способны выразить в собственных действиях.

В связи с конфликтом близости-дистанцирования эти лица нередко кажутся "древесными" и "лишенными аффекта". Отвечая на вопросы Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, касающиеся чувственной сферы, они интеллектуализируют ответ.

Время от времени в структуре личности неких пациентов с шизоидным личным расстройством можно выделить отдельные черты обсессивности и компульсивности. Это соединяет воединыжды рассматриваемые нарушения с расстройством другого кластера – с обсессивно – компульсивным личным расстройством. Нарушение выражается в привычках, уходящих корнями в прошедшее; определенном Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава образе жизни; обрядах, связанных с необходимостью совершать, к примеру, какие-то виды активности в строго определенное время. Вышеуказанные признаки представлены не в таковой степени, как это бывает при синдроме Каннера, но то и другое нарушение соединяет воединыжды нечто общее. Лица с шизоидным личным расстройством скрывают особенности собственного Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава поведения очень кропотливо, потому что к обряду сохраняется критика и осознание, что, исходя из убеждений окружающих, их деяния будут восприниматься как признак психологической патологии. Ритуалы содержат в себе определенную, представляющую особенное значение последовательность, которой они придерживаются. С одной стороны, шизоиднее лица понимают, что в их действиях нет оптимального смысла, с Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава другой, – на чувственном уровне это "заземляет их в жизни". В случае препятствия для реализации обряда, к примеру, конфигурации времени его выполнения, появляется болезненная реакция, вероятна грубость, приводящая к конфликту.

Примером может служить человек, который ложится в определенное время спать, не отвечает на звонки либо просто отключает на это время Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава телефон. Но, далее деяния не заходят. Шизоидные лица относятся к такому поведению как к некий привычке, которая их заземляет, крепит в жизни. На базе 1-го подобного признака нельзя делать вывод о наличии обсессивно-компульсивной личной структуры.

Обсессивные лица, в сопоставлении с шизоидными, смотрятся обычно социально применимыми. Обсессивно-компульсивные личности очень озабочены Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава необходимостью получить признание и почтение от окружающих, соответствовать нормам и правилам, вызвать одобрение со стороны собственных коллег, членов семьи, для их принципиально иметь положительную репутацию в обществе. Присущее им рвение к морализированию полностью не характерно людям с шизоидными наклонностями. Обсессивные лица обращают свое внимание на реакцию людей Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, на их оценки, на необходимость соответствия принятым требованиям, в то время, как шизоидных лиц не в особенности тревожут вопросы принятости и дифференциация того, что правильно либо неадекватно в соц плане.

Параноидное, шизоидное и шизотипипическое расстройства время от времени объединяют в одну группу, обращая внимание на лежащую в их базе психотическую Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава личностную компанию, единую для всех 3-х нарушений. Существует пограничная личностная организация, объединяющая пограничное, нарцисстическое и антисоциальное личностные расстройства. Не считая того, выделяются расстройства, в базе которых лежит невротическая личностная организация. К ним относятся расстройства избегания, обсессивно-компульсивное, гистрионическое и зависимое личностные расстройства.

Черты шизоидной личности завлекали и Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава продолжают завлекать к для себя внимание писателей, сценаристов, режиссеров кино. В художественной литературе имеется ряд ярчайших, отлично запоминающихся персонажей с ясными признаками шизоидного расстройства. К ним относятся, к примеру, человек в футляре А.Чехова, Шерлок Холмс Конан Дойля. Холмс не поддерживает ни с кем близких контактов, даже с медиком Ватсоном Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, его ассистентом и в определенном смысле доверенным лицом. Общение Холмса с людьми ограничивается анализом и действиями в рамках определенных преступных расследований. Вне рамок собственной проф активности он погружается в исследования, имеющие к последней прямое отношение.

Шизоидные черты можно просто найти в киногероях американских вестернов в выполнении Клина Иствуда.

Современным художественным воплощением Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава шизоидных черт является, к примеру, Бэтмэн (человек-летучая мышь), роль которого играет Брюс Уэйн. Его герой социально изолирован, повсевременно занимается совершенствованием собственных физических способностей и разработкой секретного супероружия.

Литература

Balint,M. (1945) Friendly Expanses-Horrid Empty Spaces. International Journal of Psycho-analysis, 36, 225-241.

Bateson,G., Jackson, D., Haley, J., Weakland,J. (1956) Toward Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава a Theory of Schizophrenia. Behavioral Science. 1, 251-264.

Brazelton, T. (1982) Joint Regulation of Neonate-Parent. Behavior, In E.Tronick (Ed.) Social Interchange in Infancy. Baltimore University Park Press.

Escalona, S. (1968) The Roots of Individuality. Chicago. Aldine.

Fairbairn,W. (1952) An Object Relations Theory of Personality. New York. Basic Books Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава.

Giovacchini,P. (1979) The Treatment of Primitive Mental States. New York. Aronson.

Guntrip, H. (1952) The Schizoid Personality and the External Word. In Schizoid Phenomena. Object Relations and the Self. New York. International Universities Press. 1969.17-48.

Kretschmer,E. (1922) Koerperbau und Character. Berlin. Springer.

Laing, R. (1965) The Divided Self: An Existential Study in Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава Sanity and Madness. Baltimore. Penguin.

Langs, R. (1973) The Technique of Psychoanalytic Psychotherapy. V.1. New York.Aronson.

McWilliams,N. (1994) Psychoanalytic Diagnosis. New York. Guilford Press.

Ratey,J., Johnson,C. (1998) Shadow Syndromes. New York. Bantam Books.

Robbins,A. (1988) The Interface of the Real and Transference Relationship in the Treatment of Schizoid Phenomena. Psychoanalytic Review Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, 75, 393-417.

Searles,H. (1986) My Work With Borderline Patients. New York.Aronson.

Sheldon,W., Stevens, S. (1942) The Varieties of Temperament. New York. Harper.

Sheldon,W. (1954) Atlas of Men. A Guide for Somatotyping the Adult Male at All Ages. New York. Harper.

Stone,M. (1993) Abnormalities of Personality. New York. Norton.

Sullivan,H Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава. (1973) Clinical Studies in Psychiatry. New York. Norton.

Winnicott,D. (1967) Mirror-role of Mother and Family in Child Development. In Playing and Reality. New York. Basic Books. 111-118.

ШИЗОТИПИЧЕСКОЕ
ЛИЧНОСТНОЕ РАССТРОЙСТВО

Шизотипическое личностное расстройство было в первый раз включено в DSM-III (1980). Это единственное личностное расстройство, определенное эмпирически на базе Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава генетического дела к нарушению первой оси-шизофрении. Симптомы расстройства напоминают шизофренические, но выражены в наименьшей степени и оказывают наименее тяжелое воздействие на соц и проф функционирование. Шизотипическое личностное расстройство перекрывается с положительными симптомами шизофрении, в то время как шизоидное личностное расстройство перекрывается в основном с негативными симптомами.

Введение в классификационную Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава схему шизотипического личного расстройства связано с попыткой ограничить расширенную диагностику шизофрении. Имеется огромное количество психологических нарушений, которые протекают с картиной, напоминающей шизофрению, но имеют подходящие финалы и различное течение. Лица с шизотипическим личным расстройством создают довольно странноватое воспоминание не только лишь на профессионалов, да и на обыденных людей. Окружающим Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава они кажутся необыкновенными и несколько несуразными. Их своеобразие находит отражение во наружном виде, одежке, в манерах и стиле поведения; особенностях межличностных контактов. Для их типично волшебное мышление, нередко возникающие странноватые идеи и краткосрочные идеи дела. К примеру, у их появляется воспоминание, что на их непопросту обращают свое внимание Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, но спустя некое время эти мысли теряют свою актуальность, и они переключаются на что-то другое. Типичны разные призрачные восприятия, парэйдолии, умопомрачительная переработка воспринятой инфы.

У био родственников лиц, страдающих шизотипическим личным расстройством, часто диагностируют шизофрению. Количество родственников с выявленной шизофренией у их встречается существенно почаще, чем у респондентов здоровой Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава популяции.

При шизотипическом личностном расстройстве мышление и коммуникация с людьми могут быть нарушенными. У этих людей нередко появляются чувственные состояния, которые появляются внезапными аффектами гнева, раздражения, подозрительности. Для их типично выраженное суеверие, отнесение себя к "отряду" ясновидящих, способных предвещать какие-то действия.

Внутренний мир заполнен разными фантазиями и аутистическими переживаниями. В Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава нем есть воображаемые дела с выдуманными и реальными людьми. В этих отношениях могут находиться разные ужасы, наличие которых выслеживается с детского возраста.

Речевая продукция проявляется особенным стилем разговора, не совершенно понятным для окружающих, в особенности в тех случаях, когда люди отлично не знают носителя расстройства и Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава к его особенностям не привыкли. Окружающие обращают свое внимание на неадекватность их поведения. Они могут совершать тяжело предсказуемые поступки, которые вызывают раздражение.

Ряд черт, характерных пограничному личному расстройству, можно найти у лиц с шизотипическими нарушениями. Типично чувство одиночества; отсутствие друзей, трудности в установлении близких отношений, колебания настроения. Время от Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава времени лица с шизотипическим личным расстройством сразу имеют два диагноза: пограничное и шизотипическое личностные расстройства.

У лиц с этим нарушением могут появляться формальные нарушения психотического уровня, которые появляются симптомами, имеющими короткую продолжительность. В список этих симптомов входят: состояния, при которых идеи дела получают более выраженный нрав, развивается депрессия либо ангедония. Депрессия Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава может припоминать развитие огромного депрессивного эпизода. В этих случаях вероятна постановка двойного диагноза.

В отличие от шизофрении при шизотипическом личностном расстройстве не существует прогредиентность нарушений.

Расширенная диагностика психологических болезней просит от профессионалов умения отграничивать психическое болезнь от личного расстройства. Существующая в современных критериях возможность как гипердиагностики, так и гиподиагностики Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава психологического заболевания велика. Причём более небезопасным является вариант поспешного "наклеивания" пациенту ярлычка психологического заболевания, приводящего к серьёзным соц последствиям. Есть виды личных нарушений, при которых диагностические ошибки более возможны.

Так, к примеру, возможность ошибки при диагностике представленных в кластере А параноидных, шизотипических и шизизоидных нарушений будет нарастать по Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава мере продвижения от параноидного к шизотипическому нарушению. Другими словами, больше всего ошибок совершается спецами при квалифицировании шизотипического нарушения. Если при установлении параноидного расстройства представления профессионалов могут делиться, то при наличии шизотипического нарушения практически у всех пациентов будет диагностировано психическое болезнь. В связи с этим нужно держать в голове Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, что выделение в отдельную группу шизотипических расстройств было обосновано необходимостью сотворения определённой ниши для людей, выражающих себя таким макаром, что риск "приобрести" психиатрический диагноз эндогенного заболевания с нехорошим прогнозом у их более возможен, чем у других. Учёт этого положения в особенности важен в связи с отсутствием в систематизации DSM-IV обычной формы Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава шизофрении, что позволяет хотя бы на какое-то время отнести многих пациентов в группу шизотипического личного расстройства.

Fairbairn (1952) и Guntrip (1968), используя психоаналитический подход, занесли вклад в описание симптомов шизотипического расстройства и в осознание его устройств.

Kety (1971) обрисовал напоминающее шизофрению состояние, которое не было настолько томным. Оно было сначала названо Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава "пограничной шизофренией", в последствии термин был изменен, с целью избежать аналогии с пограничным личным расстройством.

Шизотипическое личностное расстройство находится в DSM-IV-TR. Южноамериканская Психиатрическая Ассоциация выделяет это нарушение на основании опыта наблюдения многих пациентов с признаками, надлежащими этому расстройству, и которые в течение долгого периода жизни Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава не находили нарастания симптоматики и каких-то дополнительных нарушений и возникновения негативных симптомов. Эти признаки не имели прогредиентного развития.

Основной целью диагностики шизотипического личного расстройства является рвение уйти от стигматизации огромного количества пациентов, неоправданное отнесение которых к шизофрении привело бы к ряду отрицательных соц последствий, касающихся их проф деятельности Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, семейных, дружественных и производственных отношений.

Шизотипическое личностное расстройство характеризуется наличием недостатка межличностных отношений, особенностями формирования мышления, внешнего облика, и поведения. Расстройство диагностируется с 18-ти лет на основании ряда признаков, наличие 5 из которых считается достаточным для постановки диагноза:

1. Наличие мыслях дела, не носящих бредового нрава. В отличие от бредовых мыслях дела к Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава механизмам их появления не относятся такие механизмы формирования абсурда, как приступ абсурда – Wahnlinfall и бредовое восприятие – Wahnwahrnehorung (Schnei-der,1966). Идеи дела характеризуются относительной нестойкостью, сменой объектов, по отношению к которым они появляются, возможностью переключения на другие объекты. К этим идеям может появляться критичное отношение, что отсутствует при Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава бредовых идеях.

2. Выраженная соц тревога. Проявляется в верно представленном соц дискомфорте в межличностных ситуациях прямых и косвенных контактов с незнакомыми либо малознакомыми людьми. Шизотипическим личностям могут быть присущи черты личного расстройства избегания, хотя 1-ые, в отличие от вторых, не стремятся даже к неопасным соц контактам, которые не являются для Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава их потенциально хотимыми.

3. Шизотипических и шизоидных личностей объединяют необыкновенные, странноватые убеждения, верования, не надлежащие данной культуре. К примеру, разъяснения психологических нарушений овладением духами, наведением порчи, бросанием дурного взора.

К третьему признаку относится также волшебное мышление, в процессе которого придается огромное значение определенным символам, значение которых выходит за границы принятого, имеет Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава только личностно понимаемое содержание. Волшебное мышление значимым образом отличается от других видов мышления (формально-логического, наглядно-образного и пр.), имеет другие характеристики и представления, оказывает существенное воздействие на поведение, на содержание психики, делает свою картину внутреннего мира и структуру ментального поля. В определении отношений меж людьми и, сначала Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, дела их к для себя особенный смысл придается предугадываниям, предчувствиям, предвестиям. Исходя из убеждений обыкновенной логики эти явления тяжело объяснимы. К ним относится также подозрительность, склонность к суеверным трактовкам происходящего, вера в ясновидение, телепатия, либо наличие так именуемого шестого чувства. Эти переживания носят у лиц с шизотипическим личным Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава расстройством не абстрактно-теоретический, а определенный нрав, который конкретно соотносится с реальной жизнью. Пациенты ощущают внутри себя способность спецефическим образом оказывать влияние на окружающих, к примеру, передавать им некие свои убеждения. Все же, они не употребляют эти особенности для вербования к для себя внимания, не стремятся казаться необыкновенными, они так живут Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, так задумываются и ощущают. Выражение, что другие могут ощущать их чувства и эмоции является для их не метафорическим, а определенным. В более юном возрасте, когда шизотипическое личностное расстройство еще не диагностируется, эквивалентом этого признака у малышей и подростков является наличие необыкновенных, вычурных патологических фантазий и сверхзанятость размышлениями Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава на какую-то определенную тему. Это может отыскивать выражение в определенных действиях, к примеру, придумывании некий игры, рисунках, персонажи которых, с одной стороны, живут самостоятельной жизнью, а, с другой, – отражают действия, происходящие в виртуальном мире.

4. Необыкновенные переживания, связанные с восприятием. К этим состояниям относятся псевдоиллюзии, которые нередко именуют парэйдолиями. Они заключаются в Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава возможности человека в очертаниях реальных предметов созидать разные образы других предметов, фигур, животных, людей. Призрачное восприятие сопровождается критикой и осознанием того, что это собственного рода придумка. "Я так это вижу" – молвят пациенты. Такие восприятия появляются совсем не сложно, и внимание пациентов может навечно концентрироваться на их Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава. Это вызывает большой энтузиазм. В момент переживания псевдоиллюзий в присутствующих картинах видится нечто большее, некий кусок сюжета воспринимается по-другому, схватывается больший смысл, чем тот, который обыденный человек извлекает из воспринимаемого.

К необыкновенным переживаниям, связанным с модифицированным восприятием, относятся чувства присутствия кого-либо либо чего-то, к примеру, в Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава реальности отсутствующего на этот момент человека. Понимая на оптимальном уровне происходящее, время от времени они превращают ситуацию в собственного рода игру, пытаясь устанавливать с реально отсутствующим человеком необыкновенную форму контакта. Может быть чувство присутствия погибших людей, троллей, домовых, отражающее содержание фантазий детского возраста. "Я чувствую, что моя погибшая мама Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава находится в комнате вкупе со мной", – гласит таковой пациент.

5. Странноватое, эксцентрическое поведение, проявляющееся во наружном виде, неопрятности в одежке, манерности, разговоре с собой. Разговор с самим собой отражает выраженную представленность аутистического мышления. Свойственна манерность в поведении. Такового рода явления происходят без значимого отрыва от действительности, с легким переключением на контакты Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава с другими, отсутствием затруднений в ответах на вопросы.

6. Отсутствие близких друзей, которым они доверяют. В этот список не входят близкие родственники и члены семьи.

7. Необыкновенный язык. Странноватая, нечеткая, очень абстрактная, отвлеченная по содержанию, обедненная речевая продукция, касающаяся маленького количества тем, относительно не много привязанных к действительности. Продуцируемая информация нередко неинтересна окружающим Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава, в особенности в случае рассуждений на темы реальной жизни. Ассоциативные процессы не нарушаются.

8. Неадекватный ситуации, суженный аффект, основанный на неконгруентности (негармоничности) чувственных состояний и отсутствии соответственного чувственного и мимического отклика. Желаемые ожидаемые эмоции могут отсутствовать, не проявляться вообщем либо носить внезапный нрав, выражающийся в неадекватных ситуации жестах, выражениях лица Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава. Затруднения чувственного контакта вызваны доминированием фиксации на внутренних процессах, на содержании продукции воображения. Отсюда чувство, что они только формально участвуют в конкретно происходящих с ними событиях.

9. Подозрительность, достигающая уровня патологизирования. Время от времени для обозначения этого состояния употребляют термин параноидная идеация. Нередко употребляемый сейчас термин "паранояльный Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава" равномерно уходит со сраниц литературы. Параноидная идеация исключает галлюцинаторные расстройства. Подозрительность приводит к еще большему ограничению межличностных контактов, это в особенности относится к лицам, вовлеченным в параноидную идеацию.

В монографии P. Kernberg et al. (2000) шизотипическое расстройство делится на две формы: негативная и положительная шизотипии. Понятие негативной шизотипии включает нехорошую коммуникацию, приглушенность межличностных Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава контактов, "охраняемость" себя, собственных интересов, внутреннего мира.

К положительным признакам шизотипии относятся идеи дела, нелогическое (аутистическое) мышление, (признак, отсутствующий в DSM), деперсонализация, подозрительность, повторяющиеся суицидальные опасности. В структуре шизотипического личного расстройства регистрируются пограничные симптомы. К последним относятся: неадекватная злоба, аффективная непостоянность, ревность, импульсивность, чувство приобретенной скукотищи. Перечисленные Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. 5 глава выше симптомы не входят в DSM систематизацию, касающуюся шизотипического личного расстройства.

Свойственны признаки социальной нефункциональности, к которым относятся общее отсутствие мотивации, малый уровень проф функционирования, соц изоляция, соц ужас и гиперсенситивность. Раздельно выделяются подозрительное поведение, сверхбдительность, нередкое появление раздражительности.


korolevskie-tridcat-devyat-10-glava.html
korolevskie-tridcat-devyat-2-glava.html
korolevskie-tridcat-devyat-8-glava.html