Королевские тридцать девять 10 глава

– Я не стану платить стоимость яблока, жертвуя красотой ради мудрости, – нараспев продекламировала она. Сделав очередной глоток, она продолжала: – Я не увяну, подобно лепесткам розы, павших под напором мороза.

Отпив последний глоток, она осушила кубок до дна.

– Дай мне то лицо, которое я вижу, чтоб оставаться прекрасной вечно.

На мгновение ведьма застыла Королевские тридцать девять 10 глава, сидя совсем бездвижно и смотря на свое нарисованное отражение, и на губках ее игралась торжествующая ухмылка. Потом она оборотилась к Маргерите.

– А сейчас вымой мне, пожалуйста, голову, mia cara. Мне так нравится, когда кто‑нибудь моет ее заместо меня.

Дрожа всем телом и давясь слезами, Маргерита все же сделала, как Королевские тридцать девять 10 глава ей было приказано. Она вытерла кровавое запястье о свою ночную рубаху и опустилась на колени около ванны, вынув заколки и распустив пламенные кудряшки ведьмы. Вооружившись опустевшим кувшинчиком, принялась осторожно поливать голову La Strega водой. Намылив руки, она стала осторожно втирать пену в длинноватые рыжеватые пряди. Ведьма таяла от наслаждения Королевские тридцать девять 10 глава.

– Ты не могла бы тереть чуточку сильнее? – шепнула она.

Маргерита повиновалась, хотя сердечко ее отбивало тарантеллу. Она обмакнула кувшин в воду, готовясь смыть пену, но ведьма покачала головой.

– Не торопись.

Маргерита так и осталась стоять на коленях, заботливо массируя волосы La Strega, пока у нее не заныла Королевские тридцать девять 10 глава спина, а вода в ванне не остыла. В конце концов ведьма вздохнула и произнесла:

– Ну отлично, достаточно.

Когда Маргерита стала вытирать голову куртизанки полотенцем, уголком глаза девченка вдруг увидела наизловещую тень. Она подняла голову и не смогла удержаться от испуганного клика.

Серебряный диск луны налился кровью, и на ее усыпанный Королевские тридцать девять 10 глава оспинами лик наползла темная тень. Казалось, как будто какой‑то неизвестный гигант откусил здоровую часть ночного светила. Окутанная страхом, Маргерита смотрела, как пятно становилось все обширнее, а лик луны темнел, как будто багровея от гнева. La Strega тоже следила за происходящим расширенными от экзальтированного ужаса очами.

– Какое сильное знамение Королевские тридцать девять 10 глава, – шепнула она. – Оно наверное сулит мне фортуну, правильно?

«А мне – горе », – пошевелила мозгами Маргерита и обеими ладошками прикрыла глаза. Ей не хотелось созидать, как луну пожирают живьем.

Интерлюдия

…Жила‑была дама, Которая очень желала иметь малыша. Но смотрите, как одно желание стремительно сменяется другим, Смотрите, как ее супруг карабкается На Королевские тридцать девять 10 глава высшую садовую стенку, Держа в руках букет колокольчиков, Цветочную паршу она променяла на малыша. Смотри, гласит моя мама, смотри, Как исчезает мама, когда железные корешки Колокольчиков пронзают язык, как будто ножик, И дочь проводит остаток сказки в одиночестве.

Николь Кули. Колокольчик

Плохая девчонка

Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – апрель 1697 года

Сидя Королевские тридцать девять 10 глава на корточках и слушая рассказ сестры Серафины, я вдруг ощутила резкую боль, как будто из глубины веков кто‑то дастал до меня шипом розы и вонзил его мне в грудь. У меня ведь тоже отняли мама. Меня тоже заперли тут против моей воли. Этой девченке, Петросинелле, было всего двенадцать, когда ее Королевские тридцать девять 10 глава заточили в комнате башни. Когда меня лишили мамы, мне тоже чуть исполнилось двенадцать.

Этот огород, притаившийся в самом сердечко монастыря, живо напомнил мне сад моей мамы, разбитый в оплота замка Шато де Казенев в Гаскони, где я родилась. Конкретно там я в первый раз встретила короля Королевские тридцать девять 10 глава, и встреча эта положила начало цепи событий, которые и привели меня сюда, в аббатство Жерси‑ан‑Брие и садик сестры Серафины.

Замок Шато де Казенев, Гасконь, Франция – май 1660 года

Повелитель тормознул в замке Шато де Казенев весной того года, когда мне должно было исполниться 10. Он со своим двором неторопливо направлялся Королевские тридцать девять 10 глава в Испанию, где Людовику предстояло сочетаться браком с испанской инфантой, собственной двоюродной сестрой во 2-м ряду родословной. Инфанта, Мария‑Терезия, приходилась ему двоюродной сестрой и по материнской, и по отцовской полосы: отец Людовика, Людовик XIII, был дядей Марии‑Терезии, а ее отец приходился дядей уже самому Людовику.

Двор прибыл в Казенев из Королевские тридцать девять 10 глава‑за деда моей мамы, Раймона де Викоза, который был двоюродным братом деда короля, Генриха IV, что делало мою мама троюродной кузиной короля. Шато де Казенев был охотничьим замком и возлюбленной резиденцией Генриха IV, и он, став владыкой Франции, подарил ее собственному кузену Раймону, а сам переехал в Париж.

Мальчишками Королевские тридцать девять 10 глава Раймон и Генрих вкупе охотились на одичавших кабанов и волоклись за девушками. Став мужиками, они сражались плечо о плечо в почти всех битвах, спасая друг дружке жизнь. Оба уцелели в Варфоломеевскую ночь, которая стала следствием свадьбы Генриха на принцессе Марго.

Привязанность Генриха к собственному кузену была настолько Королевские тридцать девять 10 глава сильной, что в один прекрасный момент, после в особенности беспощадной битвы, он сорвал с головы золотой шлем с высочайшим белоснежным плюмажем и вручил его Раймону. А белоснежное перо на его гребне с того времени стало частью родового герба Раймона, а после того, как Генрих пожаловал ему Шато де Казенев, он Королевские тридцать девять 10 глава отдал приказ высечь плюмаж в камне над главными воротами.

Замок Шато де Казенев лежит приблизительно в 20 5 милях к югу от Бордо, на пути паломников из Сантьяго‑де‑Компостела в Везле.[83]Это был самый удачный путь для царского двора в Испанию, где Его Величество был должен повстречаться с инфантой Королевские тридцать девять 10 глава.

Любопытно, что поразмыслил повелитель, в первый раз лицезрев замок. Шато де Казенев никак не походил на роскошные симметричные дворцы Парижа, так как строили его не для красы, а для обороны. У него было тринадцать внешних стенок разной высоты, стыкующихся под различными же углами, и две островерхие башенки, смотрящие в Королевские тридцать девять 10 глава ущелье, по которому текла река Сирон. За крепостными стенками размещался заглубленный двор, в каком моя мама и разбила собственный сад, защищенный от всех ветров высочайшими стенками. Любимое место мамы во всем замке, он благоухал розмарином, лимоновой мятой и чабрецом. Повдоль стенок были рядами высажены фруктовые деревья, и пчелы с жужжанием вились Королевские тридцать девять 10 глава над собачьей петрушкой, посеянной повдоль бордюров.

Он стал нашим детским раем на земле. У меня была собственная гнедая кобыла, которую звали Гарнет, и черно‑белоснежная пятнистая гончая по кличке Цезарь, спавшая в ногах моей кровати. Ну и, очевидно, у меня была Нанетта, которая нянчила меня, бранила Королевские тридцать девять 10 глава и тайком приносила миску с теплым молоком и накрошенным в нее хлебом, посыпанным сахаром, когда меня в наказание высылали в свою комнату без ужина.

Каждый денек меня ожидало новое приключение. Я любила вскачь носиться по парку, закрыв глаза и раскинув руки в стороны, когда в ушах у меня набатом гремел топот копыт Королевские тридцать девять 10 глава моей кобылы. А еще у меня была малая лодочка, чтоб кататься по мельничному пруду. (Брать лодку на реку мне не разрешалось. «Это опасно», – гласила мать.) Но время от времени мне позволяли пересечь пороги вкупе с крестьянами на gabares ,[84]когда они отвозили бочки с вином в порт Серонс. Во время Королевские тридцать девять 10 глава сбора урожая мы с моей сестрой Мари ворачивались домой на самом верху воза с сеном, вплетая в волосы полевые маки и распевая во все гортань. Зимой мы отчаливали за добычей для нашего стола и останавливались в почаще леса, чтоб жарить каштаны на огне. Я до сих помню, как Королевские тридцать девять 10 глава они грели наши озябшие руки.

А еще я очень обожала пробираться по потайному ходу к реке Сирон и изучить пещеры в известняковых горах. По преданию им воспользовалась и сама царица Марго, чтоб встречаться в одной из пещер со своими хахалями в те времена, когда супруг держал ее пленницей в Королевские тридцать девять 10 глава замке. А в один прекрасный момент, когда Генрих обвинил ее в измене, она ответила: «Разве обожать – это грех? И можно ли наказывать меня за это? На вкус и цвет товарища нет. Краса раскрывается тем, кто умеет созидать, а кутузка никогда не станет прибежищем красоты». Для пущего эффекта она Королевские тридцать девять 10 глава отдала приказ высечь эти слова в гостиной на каминной полке. Мне очень нравилась царица Марго.

По вечерам мама читала нам отрывок одной из собственных бессчетных книжек, а мы с сестрой, как завороженные, прижимались к ней в магическом золотистом круге света лампы. По стенкам танцевали тени, превращаясь в храбрых рыцарей, красивых Королевские тридцать девять 10 глава девиц, которым угрожала опасность, и заколдованных животных. Когда я не могла уснуть, мечтая о необыкновенных приключениях, то в одной ночной рубахе пробиралась тайком в библиотеку со свечой в руке, которую зажигала от углей в камине. Я сворачивалась клубочком на диванчике у окна, плотно задернув старенькые шторы, чтоб меня Королевские тридцать девять 10 глава не было видно, и, низковато склонившись над страничкой и с трудом разбирая буковкы в неправильном мерклом свете, читала далее с того места, на котором тормознула мама.

Она читала нам древние поэмы о нимфах и золотых дождиках, о позабытых битвах и богах, превращавшихся в лебедей, о героях, что сражались с одноглазыми циклопами Королевские тридцать девять 10 глава, и гигантах, которые плавали по морям в поисках любви и мудрости. Я любила их все. Но самой возлюбленной книжкой, которую я в большинстве случаев снимала с полки и которая постоянно приводила меня в экстаз, был тяжкий иллюстрированный том «Амадис Гальский».[85]А моей возлюбленной сценой из этой книжки, которую Королевские тридцать девять 10 глава я опять и опять перечитывала в крошечном кружке света, отбрасываемого свечой, была та, когда в лесу, на поляне, Амадис в конце концов‑то возлег со собственной единственной любимой, принцессой Орианой. И там, «…на плаще, расстеленном поверх зеленоватой травки, благодаря, быстрее, тихой кротости Орианы, ежели отчаянной смелости Амадиса, самая Королевские тридцать девять 10 глава прекрасная девственница мира стала женщиной».

Я читала до того времени, пока свеча моя не оплывала, превращаясь в лужицу воска, тогда и мне приходилось на цыпочках ворачиваться в кровать по темным коридорам и лестницам замка. Глаза у меня слипались, я зевала, а в голове вертелись и сталкивались мечты и Королевские тридцать девять 10 глава видения. Если я попадалась на том, что не сплю, а брожу по замку, то Нанетта бранила меня, грозя выпороть, а позже бережно укладывала в кровать, подложив под ноги жаркий кирпич, закрученый во фланель. «Непослушная девчонка. А ну, как выяснит ваша матушка? Марш в кровать!»

Собственного отца я не помнила. Он погиб Королевские тридцать девять 10 глава, когда я была совершенно малеханькой и, говоря по правде, я никогда в особенности не скучала о нем. На кухне был месье Ален, всегда позволявший мне раскатывать тесто, и старенькый Виктуар на конюшне, учивший меня держать спину прямой, а голову – высоко поднятой, и Монтгомери, управляющий мамы, который считал Королевские тридцать девять 10 глава в уме резвее всех, кого я знала, плюс хорошая сотка иных грумов, садовников и лакеев, потакающим моим шалостям и с любовью присматривающим за мной.

Когда к нам пожаловал повелитель, в полях синели васильки и алели маки, а каштаны стояли в цвету. Я пробудилась очень рано, снедаемая веселым возбуждением и Королевские тридцать девять 10 глава, лежа в собственной кровати под балдахином, предвкушала грядущий спектакль. Повелитель со своим двором был должен прибыть только через несколько часов, и мама наверное принудит нас все утро заниматься приготовлениями.

К визиту августейшей особы мы начали готовиться заранее, за много недель. Прислужники скребли полы, выбивали ковры, штопали прохудившееся белье и развешивали его Королевские тридцать девять 10 глава на кустиках розмарина, чтоб отбелить на солнце. Слуги откармливали гусей и выкатывали из погребов наверх сотки бочек с вином, а охотники рыскали по лесам и полям в поисках одичавших кабанов и жирных фазанов. Это обошлось нам в большие средства, чего мы никак не могли для себя позволить Королевские тридцать девять 10 глава. Хотя моя мама была баронессой де Казенев, а отец – маркизом де Кастельморон, мы были бедны. Очень бедны. Все состояние нашей семьи было потрачено в эру Религиозных войн еще до моего рождения. Обычно мы ели бобовое рагу со свиными ножками, в которое для аромата добавляли незначительно окорока. Одежку мы носили Королевские тридцать девять 10 глава ординарную и комфортную, а игрушки для нас делали слуги: тряпичных кукол, обручи из ивовых прутков да бабки,[86]позаимствованные у мясника.

По случаю приезда короля мама даже распорядилась сшить для нас обновки, выбрав, по собственному обыкновению, удобную крепкую ткань серьезных цветов. Мне досталось коричневое платьице с обычным белоснежным воротником в Королевские тридцать девять 10 глава тон моему белоснежному льняному капору. Я бы, естественно, предпочла добавить отделку из узоров и лент, но мама не одобряла схожих излишеств и, не считая того, как она совсем справедливо увидела, я бы сходу разорвала их либо залила супом.

Окинув взором свое новое платьице с ботинками мягенькой овечьей кожи в тон, я Королевские тридцать девять 10 глава спрыгнула с кровати и подбежала к окну. Светало. Над пеленой тумана, поднимавшейся с земли, подобно дыханию утомленного зверька, чуть показывалось бледно‑голубое небо. В саду запели птицы. Цезарь положил пятнистые лапы на подоконник рядом со мной и умоляюще поглядел на меня своими мрачно‑карими очами. Я обширно Королевские тридцать девять 10 глава улыбнулась в ответ.

– Прекрасно, мой Цезарь. Идем. До приезда короля у нас еще есть несколько часов.

Я влезла в старенькое сероватое платьице, кое‑как управившись с завязками на спине. Уверена, платьица для девченок специально шьют такими, чтоб не давать нам веселиться и вообщем забавно проводить время. Надевать их, снимать и Королевские тридцать девять 10 глава поддерживать в чистоте неописуемо тяжело.

Я на цыпочках двинулась по длинноватой галерее, и толстый обюссонский[87]ковер заглушал звук моих шагов. Спустившись вниз по лестнице, я крадучись устремилась по коридору. Цезарь отрадно шлепал прямо за мной, и только когти его тихонько цокали по старенькым терракотовым плитам пола. Из кухни уже доносился Королевские тридцать девять 10 глава лязг и гул посуды. Месье Ален наверное занят, готовя истинное пиршество для придворной братии. Через боковую дверь я выскользнула в мягенький утренний туман.

Моя лошадь, Гарнет, дремала в собственном стойле, свесив голову. Завидев меня, она отрадно заржала, и я поторопилась успокоить ее, набросила на нее уздечку и сняла недоуздок Королевские тридцать девять 10 глава. Сама я не могла водрузить на спину Гарнет тяжелое дамское седло, потому, испытав прилив безбашенной лихости, решила, что не стану седлать кобылку и поскачу так. Сначала мне было очень не по привычке: не хватало луки, через которую можно было перекинуть ногу, и планшетки, на которую можно было опереться ногой Королевские тридцать девять 10 глава, но скоро мы с Гарнет уже мчались рысью через туман, а за нами циклопическими прыжками несся Цезарь.

Мне не хотелось отъезжать очень уж далековато, и я свернула к пруду, где мельничное колесо взбивало мрачно‑зеленоватую воду, придавая ей колер прозрачного изумруда. Малыши мельника уже встали – двое мальчиков Королевские тридцать девять 10 глава, Жан и Жак, и малая девченка по имени Мими. Я забросила поводья на спину Гарнет и отпустила ее пастись, а сама с Жаном, Жаком и Мими поплыла на лодке к острову, на котором этим летом мы построили целый форт из плавника и старенькой парусины. Поначалу мы мало поиграли в Королевские тридцать девять 10 глава фрондеров, вооружившись палками и заржавелыми кастрюлями, заменившими нам шлемы, а позже стали строить плотину на берегу.

Когда передовые наездники, сопровождающие царский кортеж, показались на дороге, вздымая за собой длиннющий шлейф пыли, я стояла в грязищи, закатав платьице выше колен и прижимая к груди охапку сучьев.

Выронив их, я завопила Королевские тридцать девять 10 глава во весь глас:

– Sacre bleu, это повелитель! Он прибыл ранее времени. Бежим!

Мы кинулись к лодке. Мими поскользнулась в грязищи и свалилась.

– Подождите меня! – запричитала она.

Я возвратилась к ней, схватила на руки и волоком потащила к лодке, которую Жан с Жаком удерживали на месте. Поначалу я перевалила через Королевские тридцать девять 10 глава борт Мими, позже влезла в нее сама.

– Цезарь, – позвала я и пронзительно свистнула.

Мой охотничий пес вылетел из леса и одним прыжком очутился в лодке, чуть не перевернув ее. От толчка я повалилась на дно посудины и, с трудом сев, здесь же вновь опрокинулась на спину – это пес, вне себя Королевские тридцать девять 10 глава от радости, пробовал вылизать меня языком.

– Гребите, – кликнула я. – Отвезите меня на сберегал, tout de suite ![88]

С обоих бортов поднялся фонтан брызг, и лодка закружилась на месте, когда мальчишки налегли на весла.

– Резвее! – заорала я.

Жан выронил свое весло. Пытаясь достать его, я сама чуть не упала в воду. Меня выручило Королевские тридцать девять 10 глава только то, что Жак успел ухватиться за мои юбки. Я изловила весло, воткнула его назад в уключину и стала грести изо всех сил, чувствуя, как на ладонях взрываются пузыри. Мы достигнули берега, и я поспешно выпрыгнула из лодки, свистом подзывая к для себя Гарнет. Она заковыляла ко мне. Я Королевские тридцать девять 10 глава поторопилась ей навстречу, и намокшие юбки тяжело хлопали меня по нагим ногам.

Гарнет выудила мое состояние и не давала мне ухватиться за поводья. Но вот, в конце концов, я изловила их и метнула отчаянный взор на дорогу. По ней катил величавый раззолоченный экипаж, впереди и сзади Королевские тридцать девять 10 глава которого скакали пышно одетые наездники, а чуток поодаль показывалась целая процессия из карет гораздо меньше, запряженных упряжками чистокровных лошадок. Дама в большой шапке под вуалью высунулась из окна первого экипажа, демонстрируя на меня затянутой в перчатку рукою. Рядом с экипажем на чудесном гнедом коне гарцевал какой‑то юноша. Он Королевские тридцать девять 10 глава тоже смотрел на меня, и я ясно рассмотрела глумливую усмешку у него на лице.

– Sacre cochon, – выругалась я, использовав подслушанное в конюшнях выражение, за которое мама наверное устроила бы мне хорошенькую порку.

Вскарабкавшись на спину Гарнет, я вскачь отправила ее к дому. Цезарь легкими скачками помчался прямо за нами Королевские тридцать девять 10 глава. Юноша на гнедом коне отдал шпоры собственному жеребцу и погнался за мной прямо по полю. Меня окутал тошнотворный ужас. А вдруг это сам повелитель? Его камзол был так обильно расшит золотом, что под ним не было видно ткани, а голову его венчала шапка черных кудряшек, которыми, как гласили, отличался Королевские тридцать девять 10 глава и повелитель. Еще несколько юных людей понеслись за мной галопом, подняв значительный шум и гвалт. Я обрадовалась, когда дорога сделала резкий поворот и нырнула в барбикан,[89]и я сломя голову помчалась напрямик через парк к стойлам.

– Помогите, – завопила я, вскачь влетая во двор. – К нам едет повелитель. Я опаздываю! Maman [90]спустит Королевские тридцать девять 10 глава с меня шкуру заживо!

Сильные руки опустили меня на землю.

– Бегите, Бон‑Бон, – воскликнул Виктуар.

Я понеслась к замку, не чуя под собой ног. За мной с экстазом несся Цезарь, оставляя большие грязные следы лап на сверкающих плитах двора. На всем пути к дому меня аккомпанировали доброжелательные клики и шлепки Королевские тридцать девять 10 глава по мягенькому месту.

Нанетта уже с беспокойством поджидала меня.

– Плохая девчонка! Вот ваша мама вам задаст! Передовые наездники уже тут. Только посмотрите на свое платьице! А ваши волосы? А колени? Резвее же, идемте!

Вдвоем мы наперегонки понеслись по задней лестнице. Нанетта на бегу кликами сзывала служанок Королевские тридцать девять 10 глава, приказывая нести жаркую воду, мыло, щетку и хлыст. Меня трясли и обымали сразу. Грязное платьице было мгновенно сорвано, влажная тряпка поспешно прошлась по рукам, коленям и ногам, а позже на меня через голову напялили новое платьице, пока служанка моей сестры, Агата, конвульсивно вычесывала из моих волос листья и веточки. Нанетта еще завязывала Королевские тридцать девять 10 глава концы пояса на спине, а мы уже бежали по коридору и вниз по парадной лестнице. И в это самое мгновение входная дверь распахнулась для короля и придворных.

Я проскользнула на место рядом с мамой, когда та присела в роскошном реверансе до самой земли. Замешкавшись, я с запозданием последовала Королевские тридцать девять 10 глава ее примеру, отстав на несколько секунд от сестры и других домочадцев.

– Добро пожаловать в Казенев, Ваше Величество, – произнесла мама.

– Благодарю вас, мадам де ля Форс. Мы рады оказаться тут, – ответил ей надменный глас. Я тихонько шагнула вперед, торопясь 1-ый раз в жизни посмотреть на короля Франции.

Повелитель Франции

Замок Шато де Королевские тридцать девять 10 глава Казенев, Гасконь, Франция – май 1660 года

Людовик XIV Французский оказался на удивление низким юным человеком с длинноватыми и томными темными кудряшками и угрюмым выражением лица. Над верхней губой у него показывался несуразный намек на усы, которые выглядели так, как будто мальчик‑чистильщик башмаков придавил огромные пальцы рук над Королевские тридцать девять 10 глава его красноватыми обиженно надутыми губками.

Повелитель практически тонул в ворохе одежки – пена узоров с бессчетных воротников стекала по рукавам. Голову венчала томная шапочка, вышитая золотом. Его Величество казался поперек себя обширнее, так что оставалось только удивляться тому, как его тонкие ножки поддерживают настолько впечатляющее тело. Его глазки‑бусинки обежали массу Королевские тридцать девять 10 глава, подмечая всех и вся, пока он нервно постукивал хлыстом по ноге. В конце концов вперед протолкалась тучная леди в черном и положила отягощенную драгоценными камнями руку ему на плечо, как будто успокаивая.

– Мадам, позвольте представить вам мою мама, царицу.

И вновь все стоявшие на ступенях поклонились либо присели Королевские тридцать девять 10 глава в реверансе, и только одна я снова замешкалась. Повелитель увидел меня. Черные брови сошлись на переносице. Он увидел Цезаря, прижавшегося к моей ноге, и в очах его вспыхнуло узнавание. Взор его вновь метнулся ко мне, приметил раскрасневшееся лицо, мокроватые волосы и перекрученный пояс платьица. Брови его взлетели на лоб, а губки скривились Королевские тридцать девять 10 глава в чуть приметной саркастической ухмылке. Кровь прилила у меня к щекам, и я опустила глаза, уставившись для себя под ноги.

Потом был представлен брат короля, Филипп, барон Орлеанский. Утонченный стройный юноша лет 20, он был накрашен и нарумянен никак не меньше дам, а в ухе у него покачивалась Королевские тридцать девять 10 глава сережка. Рядом с ним вальяжно тормознул очередной надутый и угрюмый юноша в бледно‑фиолетовом костюмчике, поднеся к лицу ароматичный шарик, но его почему‑то не представили. Фактически, повелитель делал вид, как будто не замечает его.

Заместо этого он представил свою кузину, Анну‑Марию‑Луизу Орлеанскую, герцогиню де Монпансье. Она была очень Королевские тридцать девять 10 глава высочайшей и носила наибольшую шляпку, какую я когда‑или лицезрела, под вуалью которой пряталась неказистая дама лет 30 с большим носом и колоритными хорошими очами. Я поспешно спряталась за спину сестры, так как выяснила в ней ту даму из экипажа, которая смеясь демонстрировала на меня пальцем.

Рядом с царицой Королевские тридцать девять 10 глава стоял высочайший мужик с оливковой кожей, одетый в красноватую мантию. На его лице кидались в глаза хмурые брови и кропотливо ухоженные усики с загнутыми наверх кончиками. Его представили как кардинала Мазарини,[91]первого министра.

– Мы благодарим вас за радушие, мадам, – глубочайшим голосом с сильным акцентом произнес он, – равно как и Королевские тридцать девять 10 глава за возможность принять ваши заверения в верности и лояльности Его Величеству королю.

Кровь ринулась мамы в лицо. Все знали, что мои предки сражались против короля в Религиозных войнах, но я сочла нетактичным упоминать об этом в таковой момент. Судя по тому, как недовольно поджала губки мама, она Королевские тридцать девять 10 глава придерживалась такого же представления.

– Очевидно, – все же отыскала внутри себя силы ответить maman. – Но что все-таки мы стоим? Прошу вас, заходите, а мы приложим все силы, чтоб вы смогли отдохнуть после долгой дороги.

Царица‑мама с обожанием улыбнулась кардиналу Мазарини и оперлась на его руку, чтоб он посодействовал ей Королевские тридцать девять 10 глава подняться по ступенькам. Повелитель недовольно выпятил нижнюю губу, очевидно расстроенный тем, что его обогнали. Его брат, барон Орлеанский, неторопливо последовал за ним, и его высочайшие каблуки застучали по старенькым каменным плитам. Войдя в большой зал, увешанный древними гобеленами и орудием моего прадеда, он обратился к собственному спутнику:

– Какое Королевские тридцать девять 10 глава противное место. Совершенное средневековье. Мой дорогой Филипп, я совсем уверен, что тут имеются темницы.

– Естественно. А на цепях висят скелеты. – Филипп деланно содрогнулся.

– Тут нет никаких темниц, – сурово воскликнула я. – И скелетов тоже. У нас имеются только погреба и пещеры, при этом примечательные, в какой-то из них жил Королевские тридцать девять 10 глава отшельник.

Барон Орлеанский выразительно приподнял бровь.

– Saperlipopette ![92]Погреба. И пещеры. Обворожительно.

– Пожалуй, нам стоит изучить эти черные подземные пещеры, монсеньор, – странноватым вкрадчивым тоном произнес Филипп, как будто бы шутя.

– Обязательно, – этим же самым многозначительным манером отозвался барон Орлеанский.

Я переводила взор с 1-го на другого, не осознав юмора.

– Там Королевские тридцать девять 10 глава есть и подземный ход, – сказала я им, желая, чтоб придворные короля полюбили замок Шато де Казенев настолько же очень, как обожала его я.

Оба мужчины рассмеялись, но как‑то уж очень зло.

– Ты слышал, Филипп? Подземный ход. Сейчас уж точно мы должны спуститься в него.

– Вам следует попросить управляющего моей матери, чтоб Королевские тридцать девять 10 глава он отдал вам фонари, – произнесла я. – Там очень мрачно.

Сейчас они засмеялись в глас, поддерживая друг дружку. Барон Орлеанский даже придавил собственный надушенный жасмином платочек к очам.

– А я еще задумывался, что в этой глуши мне будет скучновато! А тут, оказывается, столько пещер и подземных ходов, которые Королевские тридцать девять 10 глава стоит изучить!

Я попятилась. Мне не приглянулась злость, которую я расслышала в их хохоте, и еще я не понимала, что их так позабавило. Выглядывая maman, я увидела ее прижавшейся к стенке, пока мимо нее массой валили придворные, оживленно болтающие, как сороки. Лицо у мамы было бледноватым и напряженным.

– У меня Королевские тридцать девять 10 глава есть вам подарок, мадам, – обратился к ней повелитель.

– Ваше Величество очень добры, – пробормотала она в ответ.

Повелитель щелкнул пальцами, и мамы вручили маленький портрет, на котором был изображен он сам в накидке из меха горностая и голубой парчи. В одной руке он держал жезл с навершием в виде Королевские тридцать девять 10 глава геральдической лилии, а другой опирался на корону.

– Благодарю вас, – неудобно улыбаясь, ответила мама, и я сообразила, что она чуть сдерживается, чтоб не съязвить.

Приняв портрет, она обернулась по сторонам с таким видом, как будто не знала, что с ним делать. Подошел Монтгомери и освободил ее от подарка, и до Королевские тридцать девять 10 глава меня долетел их негромкий разговор:

– Куда мы его повесим? Что будем делать? Столько людей. Где они будут спать? У нас довольно устриц? Лучше открыть еще вина!

И вновь я ощутила на для себя пронизывающий взор короля и поспешно отпрянула, положив руку на зашеек Цезаря, но здесь на меня налетела сестра Мари Королевские тридцать девять 10 глава и принялась трясти и отчитывать.

– Мне очень жалко, но я забыла, – воскликнула я.

– Запамятовать о приезде короля? Как ты могла?

– Он появился очень рано…

– Денек выдался таким славным, что он решил поехать верхом, – произнесла Мари.

– Как, должно быть, нещадно трясло в экипажах этих бедных дам, которые Королевские тридцать девять 10 глава старались не отстать от него, – увидела я. – Наверняка, он скакал вскачь всю дорогу, раз прибыл сюда в такую рань.

– Уже практически полдень, – сказала мне сестра. – Если хочешь знать, maman в ярости. Мы лицезрели, как ты бежала из конюшен практически за несколько секунд до их возникновения и при всем этом смотрелась Королевские тридцать девять 10 глава, как какая‑нибудь дикарка, которую воспитали волки. Представляешь, что будет, если повелитель лицезрел тебя?

Я не рискнула признаться, что так оно и было.

* * *

В тот вечер короля и придворных ожидало шикарное угощение. Слуги занесли в залу большие супницы с супом‑пюре из каштанов с трюфелями и предложили его каждому гостю Королевские тридцать девять 10 глава. В воздухе повис сочный запах свежайшей земли. За супом последовали фрикадельки из фазанины, заливное из лобстера и морские устрицы, доставленные кораблем еще сейчас с утра. После паштета из гусиной печенки, поданного на маленьких кусках хлеба, наступила очередь margret de canard, утиных грудок, фаршированных домашними грушами с арманьяком.[93]Затем появилось Королевские тридцать девять 10 глава рагу из белоснежных бобов с зайчатиной, бедро оленины, приготовленное с корицей и вином, пироги с угрями и салат из садовых цветов и листьев, заправленный оливковым маслом и лимоновым соком.

Царица Анна ела, ела и никак не могла наесться. Я еще никогда не лицезрела, чтоб в даму помещалось Королевские тридцать девять 10 глава настолько не мало. Ничего необычного, что она была таковой тучной. Повелитель, вобщем, не отставал от нее. Комфортно устроившись в алькове у окна, я могла без помех следить за происходящим за столом в щелочку меж томными занавесками. Maman , очевидно, считала, что я уже лежу в кровати, но я прошмыгнула в Королевские тридцать девять 10 глава зал, пока слуги накрывали на стол, и благополучно спряталась. Я не собиралась упустить ни одного мгновения царского визита.

За пищей царица Анна исхитрялась к тому же поддерживать разговор.

– Ах, мадам, – заявила она моей мамы, – мне вас жалко. Две дочери! И ни 1-го жена. Как вы рассчитываете собрать для их приданое?

– Я Королевские тридцать девять 10 глава буду стараться сделать все от меня зависящее, – с обходительной ухмылкой просто ответила мама.

– Идеальнее всего выслать младшую в монастырь, – с утомленным видом увидел кардинал Мазарини.

Ухмылка застыла на губках мамы.

– Боюсь, она не предназначена для монастырской жизни.

– В таком случае монастырь – самое подходящее для нее место, – изрек кардинал, потягивая Королевские тридцать девять 10 глава вино. – Он сломает ее характер. Девушкам подобает оставаться смиренными и кроткими, всегда готовыми слушать и молчать.

От негодования я скорчила рожицу, но мама только слабо улыбнулась.

– В наши деньки выдать девушку за Христа стоит никак не дешевле, чем за обыденного мужчину, – с улыбкой увидел барон Орлеанский.

Брат короля вырядился в Королевские тридцать девять 10 глава розовый атлас, рукава его камзола щеголяли разрезами и разноцветными лентами, а пена узоров падала с самого локтя, закрывая пальцы. В ухе у него покачивался большой розовый бриллиант, а очередной сверкал на пальце. Его друг Филипп, который, как мне стало понятно, оказался шевалье де Лорреном, смотрелся настолько же Королевские тридцать девять 10 глава утонченно в костюмчике лиловато‑кофейного атласа. На обоих были только мешковатые штаны, которые походили, быстрее, на юбки с ворохом лент на поясе и у колен.

– Бедная девченка, – произнесла Анна‑Мария‑Луиза, баронесса де Монпансье, откладывая вилку. – Но почему она обязательно должна выходить замуж? Ведь она наверное может принести Королевские тридцать девять 10 глава пользу собственной семье и без необходимости сочетаться браком с кем‑или?


korotkoe-zamikanie-ubilo-dvuh-zhitelej-rostovskoj-oblasti-internet-resurs-161ru-27022012.html
korotkoj-strokoj-kogda-ploshad-vmestivshaya-v-sebya-okolo-50-tisyach-zritelej-slilas-v-edinom-ura-v-chest-veteranov.html
korotkostvolnoe-oruzhie-vinovato-vo-vsyom-ili-vilechit-ot-vsego-legalizaciya-korotkostvolnogo-ognestrelnogo-oruzhiya-v-rossii.html