Королевские тридцать девять 2 глава

Я тоже прошла через отречение. А что еще мне оставалось делать? Последовать за остальными гугенотами в ссылку и бедность? Либо позволить спалить себя на костре, подобно многим моим единоплеменникам‑реформаторам?[19]За отречение повелитель предложил мне пансион в тыщу серебряных луидоров, и я решила, что такие средства стоят мессы либо даже Королевские тридцать девять 2 глава 2-ух. Не считая того, я ведь была не одинока. 20 четыре тыщи гугенотов отреклись от собственной веры.

– В этот монастырь вы должны вступить по хорошей воле, повинуясь кличу сердца, ma fille ,[20]– произнесла мама аббатиса. – Вы вправду желаете повиноваться нашему Уставу?

– Да, матушка, – сжав губки, с трудом выговорила я.

На Королевские тридцать девять 2 глава лице настоятельницы отразились сомнения.

– Вы ведь отдаете для себя отчет в том, что от вас требуется, мадемуазель? Может быть, сестра Эммануэль возьмет на себя труд прочитать наставления нашей послушнице?

Та устремила на меня исполненный презрения взор черных глаз.

– Вы должны дать клятву соблюдать Утомившись нашего монастыря, быть преданной, верной и Королевские тридцать девять 2 глава проявлять смирение во всем. 1-ая ступень смирения заключается в том, чтоб всегда созидать впереди себя лик Господа нашего. Помните, что Он всегда следит за вами.

– Да, естественно, – ответила я.

– 2-ая ступень смирения состоит в том, чтоб обожать и удовлетворять не свои желания, а делать только волю Господа.

Не хотя, как будто Королевские тридцать девять 2 глава идиотка, повторять одно и то же, я только молчком наклонила голову.

Сестра Эммануэль продолжала без остановки.

– 3-я ступень смирения значит, что вы должны во всем повиноваться тем, кто выше вас по собственному положению… 4-ая – смиренно сносить вся тяготы и лишения… не скрывать неугодные мысли и порывы, а признаваться в Королевские тридцать девять 2 глава их на исповеди… наслаждаться небогатыми крохами и жалкими малостями…

Когда она дошла до этой, 6-ой по счету, ступени смирения, я уже не кивала, а только с негодованием смотрела на нее. Но сестра Эммануэль хладнокровно продолжала:

– Вы не просто должны именовать себя недостойной и нечистой по сопоставлению Королевские тридцать девять 2 глава с остальными, да и от всей души веровать в это.

– Должно быть, вы шутите, – воскрикнула я, хотя и понимала, что она гласит серьезно.

Не делать того, что запрещено. Не заговаривать первой. Не смеяться. Не увеличивать голоса. Не отрывать глаз от земли. Каждый час держать в голове о том, что я виновата в Королевские тридцать девять 2 глава собственных грехах.

– Последнее – с превеликим наслаждением, – съязвила я.

По лицам монахинь пробежала легкая рябь, а сестра Берта побагровела.

– Мы должны быть честны с вами, мадемуазель де ля Форс, – сказала мне мама настоятельница. – Принимать в наш дом придворных дам – против наших правил. Они очень изредка проявляют подлинное смирение. Не Королевские тридцать девять 2 глава считая того, они заносят смятение в мозги сестер и нарушают спокойствие монастыря. Но же мы обратились к Его величеству королю с покорнейшей просьбой о помощи, так как недавнешние кавардаки оказались воистину гибельными для нас. В ответ он прислал нам вас.

– Дар Божий, – отозвалась я, складывая руки и Королевские тридцать девять 2 глава воздевая глаза горе. Уголком глаза я отметила, что сестра Серафина предостерегающе покачала головой.

На сморщенном лице мамы настоятельности отразилось серьезное беспокойство.

– Боюсь, Его Величество сделал ошибку. Хотя мы нуждаемся в вашем приданом, я не могу с незапятанной совестью принять послушницу, которая…

– Матушка, – сестра Тереза принялась заламывать руки. – Крыша! Алтарная плита!

Настоятельница Королевские тридцать девять 2 глава заколебалась. А меня вдруг окутала тревога. Что будет со мною, если мне не дадут приют в этом монастыре? Ничто не приводило короля в такую ярость, как неисполнение его велений.

– Прошу простить меня, матушка, я не желала показаться вам неуважительной. Я очень длительно пробыла при дворе Короля‑Солнце, где Королевские тридцать девять 2 глава скорый и ветреный ответ постоянно предпочитают взвешенной и отлично продуманной реакции. Умоляю вас дать мне время ближе познакомиться с вашими правилами и обычаями.

Настоятельница склонила голову под вуалью.

– Прекрасно. Мы принимаем вас в послушницы. Вам пока нет необходимости давать нескончаемый обет. Если выяснится, что ваше воззвание к Богу неверно, и вы Королевские тридцать девять 2 глава не чувствуете в этом собственного призвания, то всегда можете возвратиться в мир, который покинули.

Я покорливо склонила голову, уже прикидывая про себя, как лучше составить письмо королю, чтоб он смилостивился нужно мной и позволил возвратиться назад. Подобные мольбы были при дворе не в диковину.

– Святой Бенедикт Королевские тридцать девять 2 глава завещал нам не принимать новичков с распростертыми объятиями, а испытывать их дух, чтоб осознать, являются ли они настоящими посланцами Господа нашего. Потому мы дадим вам время привыкнуть к нашему стилю жизни тут, в монастыре, хотя я полагаю, что лучше начать наставления на путь послушницы немедля. Чем быстрее вы оставите сзади Королевские тридцать девять 2 глава прежнюю жизнь, тем лучше. – Настоятельница благословила меня и медлительно вышла из комнаты. Она была таковой малеханькой и согбенной, что походила на горбатого малыша.

Чуть дверь закрылась за нею, как другие монахини обступили меня.

– Итак, – удовлетворенно заявила сестра Эммануэль, – пришло время скинуть кандалы мирских благ. Давайте начнем с приданого.

– Четыре тыщи Королевские тридцать девять 2 глава ливров, – произнесла сестра Тереза, – плюс двести ливров на проживание, триста ливров – на одежку, и еще девяносто – на пищу.

– Но это неслыханно! За комнату во дворце я и то платила меньше.

– Как вы принесете обет, то останетесь с нами до конца собственной земной жизни, – сказала мне сестра Эммануэль.

Я стиснула зубы Королевские тридцать девять 2 глава.

– А что будет, если я передумаю и не стану приносить обет?

– Ваше приданое будет выплачено только после того, как вы станете одной из нас, – объяснила сестра Тереза. – Но в любом случае Его Величество повелитель был так разлюбезен, что согласился покрыть ваши расходы до того денька.

Я испытала Королевские тридцать девять 2 глава неописуемое облегчение. Только представьте – влезть в долги, чтоб платить за келью в этом прохладном и продуваемом всеми ветрами склепе!

– Но мы желаем, чтоб вы оплатили свое проживание и питание у нас немедля, – и сестра Тереза протянула руку.

Закусив губу, я порылась в собственной сумке, отыскала кошелек и отсчитала монахине Королевские тридцать девять 2 глава чуток больше 600 ливров, практически две третьих моего годичного пансиона.

– Сейчас вы должны дать всю свою одежку, всю, до последней нити. Схожая распутная роскошь вам тут не пригодится, – заявила сестра Эммануэль.

Я уставилась на нее, не веря своим ушам.

– Прошу прощения?

– Вы не сможете бросить для себя даже булавку. Раздевайтесь и Королевские тридцать девять 2 глава передайте всю одежку мне. Мы принесли вам платьице послушницы. – И она показала на маленькую кучку грубой самотканой одежки, которую заведующая трапезной, сестра Берта, положила на приставной столик.

– Ни за что. Вы хотя бы представляете для себя, сколько стоит вот это платьице?

– Оно принесет нам значительную сумму, – согласилась сестра Тереза. – Ее Королевские тридцать девять 2 глава, может быть, даже хватит на то, чтоб починить крышу церкви.

– Это грабеж посреди бела денька. Вы не имеет права продавать мою одежку.

– Мы продадим ее только после того, как вы принесете обет. Тогда ваши вещи будут принадлежать аббатству.

– К тому времени она безвыходно выйдет из моды.

– Только Королевские тридцать девять 2 глава не в Варенне, – сделала возражение сестра Тереза. – Фактически, я даже жалею, что мама настоятельница предоставила вам испытательный срок. Если б вы принесли собственный обет немедленно, мы бы востребовали ваше приданое у Его Величества короля и продали бы ваши драгоценности и одежку, а на вырученные средства починили бы крышу Королевские тридцать девять 2 глава. Тогда и во время полуночной службы[21]снег не падал бы прямо нам на головы.

– Мне очень жалко. – Я из последних сил старалась сохранить спокойствие. – Боюсь, что не могу позволить вам произвести собственный ремонт под заклад моих личных вещей. Я нахожусь тут по велению Его Величества короля, но я уверена, что Королевские тридцать девять 2 глава пройдет совершенно мало времени, мое отсутствие станет приметным, и меня призовут назад. Потому, сами видите, драгоценности и одежка необходимы мне самой.

Сестра Эммануэль презрительно фыркнула.

– Никогда не слышала, чтоб Его Величество повелитель отменял собственные решения.

– Вы так отлично знакомы с владыкой, что понимаете его привычки? Вы, разумеется, провели много Королевские тридцать девять 2 глава времени при дворе? Если так, то очень удивительно, что мы с вами не знакомы. Я прибыла ко двору еще ребенком. – И я мило улыбнулась ей.

– Это не то, чем можно гордиться. Совсем разумеется, что вы настолько же легкомысленны и распутны, как и другие болваны при дворе, если готовы променять свою Королевские тридцать девять 2 глава бессмертную душу на неопределенное будущее заместо того, чтоб предназначить ее служению к вящей славе Господней. Но ничего, вы почувствуете разницу в самом скором времени. А сейчас снимайте одежку, по другому мы разденем вас силой.

Я стиснула зубы и обвела взором лица монахинь. Они придвинулись ко мне впритирку, и сестра Берта Королевские тридцать девять 2 глава схватила меня за плечи. Я попробовала вырваться, но она была намного посильнее меня.

– Осторожнее, не порвите платьице, – с опаской воскликнула сестра Тереза.

– Вам все равно придется подчиниться, по собственной воле либо против нее, – шепнула мне на ухо сестра Серафина, мягко положив мне руку на плечо.

Она была права Королевские тридцать девять 2 глава. Не имело значения, разденусь я сама, либо меня разденут силой. В любом случае с одежкой предстоит расстаться, так что мне оставалось хотя бы попробовать сохранить достоинство.

– Не считая того, вы же не желаете, чтоб ваша прекрасная одежка пострадала, – улыбнулась мне сестра Серафина. В ее речи слышался легкий Королевские тридцать девять 2 глава зарубежный акцент, итальянский, вероятнее всего, решила я, так как разговаривала она, как потомок семейства Мазарини, кардинала, семь племянниц которого долгие и длительные годы шокировали и возмущали Версаль. – Вы же сами не возжелаете работать в прачечной либо на кухне в таких шикарных шелках.

Я испуганно воззрилась на нее.

– Праздный разум – прибежище беса Королевские тридцать девять 2 глава, – произнесла сестра Эммануэль. – Раздевайтесь.

Я вздохнула.

– Кому‑то придется посодействовать мне. Я не могу раздеться сама.

Сестра Серафина аккуратненько сняла мой узорчатый фонтанж. Его окрестили в честь фаворитки короля, Анжелики де Фонтанж, которая в один прекрасный момент на охоте растеряла шляпку и наскоро перевязала волосы подвязкой. Повелитель пришел в Королевские тридцать девять 2 глава полный экстаз, и уже на последующий денек придворные дамы подвязывали волосы узорами. Анжелика скончалась еще шестнадцать лет тому, но мы до сего времени носим фонтанж, соревнуясь вместе в его высоте и утонченности.

Сестра Серафина одну за другой расстегнула мои юбки. Поначалу la secrete ,[22]из тяжеленной парчи, расшитой пчелами Королевские тридцать девять 2 глава и цветами, потом – la friponne ,[23]из золотистого тюля, прикрепленную к верхней юбке увенчанными драгоценными камнями застежками и, в конце концов, la fidele ,[24]из бледно‑золотистого атласа. Это платьице стоило мне целое состояние, но я с радостью уплатила его в качестве типичного комплимента Его величеству, который, подобно Королю пчел, правил своим двором Королевские тридцать девять 2 глава.

– Далее раздевайтесь сами… – И сестра Серафина растянула на руках черную глухую накидку, а я, спрятавшись за нею, сняла сорочку тончайшего батиста, надев заместо нее грубую рубашку небеленого полотна, которую она мне протянула. Скатав шелковые чулки, я дала их ей и выпрямилась, ждя, что мне предложат надеть еще что‑или Королевские тридцать девять 2 глава. Зря.

– Прошу прощения, мадемуазель, – произнесла сестра Серафина. – Я должна оглядеть вас, чтобы убедиться, что вы не носите под сердечком малыша. Наше аббатство не может позволить такового скандала, как рождение в монастыре малыша.

Я уставилась на нее, не веря своим ушам.

– Я – не беременна.

– Я должна убедиться в Королевские тридцать девять 2 глава этом. Прошу вас, лягте на стол. – Сестра Серафина кивком указала на мощный стол сзади меня, черную дубовую поверхность которого покрывала белоснежная простыня.

– Моего слова должно быть довольно.

– Вы и сами сможете не знать об этом.

– Zut alors .[25]Если об этом не знаю я, то как сможете выяснить это вы Королевские тридцать девять 2 глава?

– Я занимаю должность монастырского аптекаря. Поверьте мне, я умею определять, беременна дама либо нет.

– И наверное понимаете, как избавиться от малыша.

Сестра Серафина промолчала, но лицо ее помрачнело. Сестра же Эммануэль прошипела:

– Это значило бы совершить смертный грех. Ваши слова оскорбительны для наших стенок.

– Прошу вас, – повторила сестра Серафина. – Если Королевские тридцать девять 2 глава вы подчинитесь, я не причиню вам вреда. Но, если вы воспротивитесь, сестрам придется задерживать вас силой, тогда и мне будет намного сложнее действовать аккуратненько и заботливо.

Я возмущенно фыркнула.

– Отлично, только побыстрее, пожалуйста.

– Прошу вас, лягте и поднимите нижнюю рубаху.

Я улеглась спиной на стол, сведя коленки вкупе, а Королевские тридцать девять 2 глава позже поерзала, поднимая сорочку. Сестра Серафина, похоже, успела согреть руки над огнем, так как пальцы ее не были прохладными, чего я боялась. Она резвыми и ловкими движениями произвела осмотр мой животик, а позже осторожно сжала груди. С губ у меня уже был готов сорваться дерзкий комплимент. Но Королевские тридцать девять 2 глава я только стиснула зубы и промолчала. Она опустила мою сорочку, прикрыв ею животик, и негромко произнесла:

– Ее лоно не расширено.

– Что я вам гласила?

– А сейчас я попрошу вас раздвинуть ноги.

Я свела колени совместно.

– В этом нет необходимости.

– Прошу прощения, – вновь произнесла она. – Я должна произвести полный осмотр.

– Мы знаем, что Королевские тридцать девять 2 глава представляет собой царский двор, – вмешалась сестра Эммануэль.

– По правде? Желала бы я знать, откуда. К вашему сведению, Его Величество повелитель перевоплотился в очень набожного человека, так что весь двор на данный момент прозябает в скукотище и томлении.

– Прошу вас, не упрямьтесь, – сестра Серафина с силой развела мне Королевские тридцать девять 2 глава колени. На мгновение я воспротивилась, стиснув зубы, но позже в очередной раз напомнила для себя, что больше мне идти некуда. Так что мне оставалось только вытерпеть, когда она заботливо запихнула в меня пальцы. Это длилось всего несколько секунд, но я ощущала себя униженной и обесчещенной.

Вынув руку, она отвернулась, чтоб Королевские тридцать девять 2 глава помыться. Я села и натянула нижнюю рубаху до колен.

– Удовлетворены?

– Она не ожидает малыша, – сказала сестра Серафина сестре Эммануэль.

– И? – требовательно вопросила наставница послушниц.

Сестра Серафина покачала головой.

– Если она вожделеет знать, не девственница ли я, то должна вам сказать, что… я была замужем. – Мне пришлось проглотить комок в горле Королевские тридцать девять 2 глава, чтоб произнести эти слова. Глаза у меня защипало от слез.

– Были ? И где же ваш супруг? – пожелала выяснить сестра Эммануэль.

Я сложила ладошки в молитвенном жесте.

– Мой супруг… он… – Но окончить мне не удалось.

Сестра Серафина сочувственно закивала головой.

– Мне очень жалко, – произнесла сестра Берта. – Мы не знали, что Королевские тридцать девять 2 глава вы – вдова. В письме короля вас именуют «мадемуазель».

– Я и есть мадемуазель, – сурово ответила я. – Я что, так и должна посиживать и дрожать от холода? Передайте мне одежку.

Монахини обменялись недоумевающими взорами. Лицо сестры Эммануэль осветилось любопытством. Я подметила, как раздуваются ее ноздри. Она почуяла душок Королевские тридцать девять 2 глава скандала, как свинья нюхом чует глубоко зарытые в землю трюфели.

Я одарила ее ледяным взором, замерев в неподвижности, пока сестра Берта затягивала мне корсет. Потом я позволила ей надеть на меня тяжелое темное платьице, источавшее противный запах щелока, в каком его стирали. К нему прилагался длиннющий передник из числа тех, что носят Королевские тридцать девять 2 глава крестьянки, черные чулки из плотной колющейся шерсти, которые подвязывались выше колена кожаными ремешками, и самые уродливые туфли на древесной подошве, какие я только лицезрела.

Не могу передать омерзение, охватившее меня, когда я надела эти тряпки. Меня чуть не стошнило. И дело было не только лишь в Королевские тридцать девять 2 глава том, что от их исходил мерзкий запах, что они почесывались и были грубыми. Они выглядели уродливыми. А я всегда любила прекрасную одежку. Мне нравилась гладкость атласа и чувственная мягкость бархата. Меня приводили в экстаз изящество вышивки, утонченность узоров и шуршание шелка по полу. Мне нравилось лежать по утрам в Королевские тридцать девять 2 глава кровати и мыслить о том, что я надену сейчас. Имея выбор нарядов, я могла польстить королю либо приглянуться мужчине, которого вожделела созидать своим возлюбленным. Я любила выдумывать новейшую моду. К примеру, подобрать юбки лентой, выставляя напоказ туфельки на высочайшем каблуке, либо первой надеть платьице из темных «зимних» узоров поверх кремового атласа, замечательно Королевские тридцать девять 2 глава оттенявшего мою кожу. И на данный момент я ощущала себя бабочкой, у которой жестокосердечный мальчик оборвал разноцветные калоритные крылышки.

Сестра Серафина осторожно вытащила заколки из моей прически, и завитые локоны водопадом обвалились на плечи. Потом она извлекла из собственной плетенки огромные ножницы и, не успела я опамятоваться Королевские тридцать девять 2 глава, как она несколькими решительными движениям подстригла мне волосы. Извивающимися темными змеями они свалились на пол.

– Mordieu ![26]Что вы для себя позволяете? – Я схватилась за голову, чувствуя, как неприятно колет ладошки жесткая маленькая щетина, схожая на иголки малеханького ежика.

– Мне очень жалко, – произнесла сестра Серафина. – Но послушницам полагается иметь Королевские тридцать девять 2 глава маленькую стрижку.

– Так легче избавиться от вшей, – сказала сестра Берта.

– Вы ничего не гласили… Меня никто не предупредил… – Я все еще не могла отнять руки от головы. «Теперь мне придется носить парик, как старой старухе, – помыслила я. – Не могу же я показаться при дворе с остриженными волосами! Но ведь парик стоит Королевские тридцать девять 2 глава очень недешево …» Глаза мои заполнились слезами. – Кто отдал вам право? Вы должны были предупредить меня. Я бы никогда не согласилась подстричь волосы.

Сестра Тереза принялась собирать обрезанные пряди с пола.

– Не смейте! – Я схватила ее за руку. – Это – мои волосы. Вы, наверняка, желаете реализовать их пастижеру.[27]Но они – мои Королевские тридцать девять 2 глава. И если кто‑нибудь и решит реализовать их, так только я.

Сестра Тереза пожала плечами, смотря, как я подбираю свои локоны и запихиваю их в свою дорожную сумку.

– Вам придется дать нам и свою сумку. Она будет помещена на хранение в кладовую.

– Но в ней находятся мои Королевские тридцать девять 2 глава письменные принадлежности. Мои перья, чернила, перочинный ножик…

– Тут вам ничего из этого не пригодится, – заявила сестра Тереза.

– Послушницам не разрешается писать письма, – добавила сестра Эммануэль.

– Но я должна писать. Я должна написать королю и друзьям при дворе. Я должна написать сестре, чтоб она знала, где я… Я должна писать рассказы. И как Королевские тридцать девять 2 глава прикажете это делать?

– Рассказы? – презрительно поинтересовалась сестра Эммануэль. – Вы полагаете, что сможете зря растрачивать время на создание схожей фривольной ерунды? Задумайтесь хорошо, мадемуазель. – Она ухватилась за мою сумку, намереваясь вырвать ее у меня.

Я прочно держала ее.

– Вы не имеете права. Как вы смеете?

На помощь ей пришла сестра Королевские тридцать девять 2 глава Берта. Дорожную сумку вырвали у меня из рук и вывалили ее содержимое на стол. Сестра Эммануэль переломила перья напополам, вылила чернила в помойное ведро, смяла листы пергамента и кинула их в огнь.

Я попробовала приостановить ее, но сестра Берта схватила меня своими сильными руками и не отпускала, даже Королевские тридцать девять 2 глава когда я принялась лягаться, стараясь побольнее стукнуть ее томными древесными ботинками.

– Salope ,[28]– всхлипнула я, – putain ,[29]– присовокупив еще несколько настолько же сочных ругательств и проклятий. Но все было бесполезно.

Мои перья, чернила и бумага пропали, а с ними пропала и последняя возможность написать прошение, чтоб выкарабкаться из этой кутузки.

Воздушные Королевские тридцать девять 2 глава замки

Аббатство Жерси‑ан‑Брие, Франция – январь 1697 года

В ту ночь я лежала в кровати и рыдала. Слезы лились ручьем, сотрясая тело и перехватывая дыхание. В конце концов я замолкала, обессилев, но позже вновь вспомнила обо всем, чего лишилась, и начинала рыдать опять.

Письменные принадлежности были самым ценным моим достоянием. А ручку Королевские тридцать девять 2 глава из пера ворона я обожала больше всего. Когда мой супруг Шарль подарил его мне, то произнес, что оно такое же темное и блестящее, как мои волосы, и острое, как мой мозг. Этим пером я писала только рассказы; для писем, игорных расписок и любовных посланий я использовала Королевские тридцать девять 2 глава гусиные перья, подравнивая и затачивая их перочинным ножичком – последним подарком мамы. Время от времени у меня не хватало средств на портниху, но я никогда не скупилась на наилучшие чернила и бумагу. Я разглаживала ее пемзой до того времени, пока она не становилась белоснежной и незапятанной, как моя кожа, готовая Королевские тридцать девять 2 глава впитать резвый полет моего пера.

Ну, по последней мере связки моих драгоценных рукописей оставались в безопасности в сундуке. Вобщем, оставались ли? Не исключено, что монахини перерыли и сундук, выбросив все бумаги в огнь. Идея об этом причинила практически физическую боль, перехватило дыхание, как будто на грудь водрузили мельничные жернова. Сколько бессонных ночей Королевские тридцать девять 2 глава провела я за столом, сидя над листом бумаги при свете свечки, заместо того, чтоб отдыхать после дневных трудов. Сколько часов украдено из обязательств фрейлины, которые я предназначила письму, заместо того, чтоб стоять на ноющих ногах и деланно улыбаться фиглярским ужимкам царских карликов. Три моих новеллы были размещены Королевские тридцать девять 2 глава – анонимно, очевидно, чтобы избежать внимания царских цензоров. К вящему экстазу и удивлению, они прекрасно разошлись и даже принесли мне некую сумму. В ближайшее время я работала над еще одним рассказом, потаенной историей Густава Шведского,[30]который возлагала надежды опубликовать в самом скором времени. Неуж-то же сейчас все мои труды пойдут прахом Королевские тридцать девять 2 глава?

Голова моя металась по тощей подушке, и я в особенности остро чувствовала отсутствие волос. Я провела рукою по жесткому ежику.

Волосы всегда составляли предмет моей особенной гордости. Даже когда я была совершенно еще малеханькой, ими очень гордилась Нанетта. Каждый вечер она расплетала и любовно расчесывала их, пока я Королевские тридцать девять 2 глава говорила ей о собственных малеханьких горестях и радостях. Тогда Нанетта была еще молода, и в ее темных очах светилась нежность, а не гневный огнь. Под белоснежной шапочкой она скрывала светлые и прекрасные волосы, и еще у нее была большая мягенькая грудь, к которой я так обожала прижиматься.

Раз Королевские тридцать девять 2 глава в неделю она втирала мне в кожу головы розмариновое масло и осторожно расчесывала волосы нередкой маленькой гребенкой, давя на древнем льняном полотенце всех найденных вшей.

– Смотрите, какая большая, – гласила она.

– Ну‑ка, дай поглядеть. Ого, это целый дедушка‑вошь. Он довольно велик, чтоб оказаться даже прадедушкой.

– Не понимаю, откуда Королевские тридцать девять 2 глава вы их набираете столько. Могу поклясться, что еще на прошлой неделе этой гадости у вас не было. Либо вы снова игрались с детками мельника?

– Ну да. А с кем еще мне играть, Нанетта?

– Только не с курносыми крестьянскими детками, которых поедом едят вши.

– Мы строили крепость, Нанетта, и игрались в религиозные Королевские тридцать девять 2 глава войны.

– Ох, моя малая кочерыжка, не нравятся мне такие игры. Нельзя ли избрать что‑или более подходящее? К примеру, поиграть в куколки?

– Но это так скучновато. А нам нравится устраивать схватки. Я была предводительницей реформистов, а Жак – главарем вавилонских блудниц…[31]

– Бон‑Бон! Не смейте так гласить. Вы должны Королевские тридцать девять 2 глава быть очень аккуратны.

– Почему? – Повернув голову, я удивленно воззрилась на нее.

– Не все во Франции задумываются так, как ваша матушка, Бон‑Бон. Не запамятовывайте, что реформисты проиграли войну, а повелитель – да благословит Господь его душу – католик.

Я вздохнула. Мне было тяжело осознать, как повелитель может быть нашим Королевские тридцать девять 2 глава монархом и противником сразу. Нанетта очевидно пребывала в расстроенных эмоциях. Я лицезрела это по тому, как тяжело двигалась ее рука с гребенкой.

– Ой, больно! Не дергай так очень!

– Простите меня, пожалуйста. Так лучше? Смотрите, вот еще какая большая.

– О, это, должно быть, прабабушка. Взгляни у меня за ушами, Нанетта Королевские тридцать девять 2 глава. Там – детская, где живут их дети. Как ты думаешь, у вшей тоже есть детские комнаты, Нанетта?

– Имея столько детей, они непременно им пригодятся, – проворчала Нанетта, поворачивая мою голову в сторону, чтоб расчесать волосы над ухом.

– Когда вши возрастут, они взберутся на гору и станут высматривать противников.

– Захватчиков, которые живут на головах малышей Королевские тридцать девять 2 глава мельника.

– Да. А позже они отразят их нападение… Как, по‑твоему, чем бьются вши, Нанетта?

– Зубами, наверняка. Не крутитесь, Бон‑Бон. Если будете посиживать смирно, я расскажу вам сказку.

Нанетта казалась мне кладезем различных историй: смешных сказок об озорной шкатулке либо супруге рыбака, пожелавшей, чтоб нос супруга перевоплотился в Королевские тридцать девять 2 глава колбаску; ужасных историй о гигантах, которые поедали малеханьких девченок; о гоблинах и злых духах; магических баллад о пастухах и пастушках, которые обожали друг дружку. Если Нанетта желала, чтоб я посиживала смирно, – к примеру, завязывая мне шнурки на сапожках либо подшивая оторвавшуюся каемку на подоле, – ей довольно было пообещать Королевские тридцать девять 2 глава мне историю, и я мгновенно прекращала крутиться и сетовать и вела себя тихо и послушливо, что ей и требовалось.

Любопытно, где на данный момент Нанетта? Уложили ли ее спать, либо она трясется назад в Версаль в том же самом экипаже? Она уже старая и слабенькая, и длительное путешествие значительно Королевские тридцать девять 2 глава заморило ее. Так что мне оставалось только возлагать, что на данный момент она умиротворенно дремлет где‑нибудь, по другому мне пришлось бы умолять монахинь возвратить мне хотя бы часть средств, чтоб я могла заплатить за ее проезд назад в замок Шато де Казенев. Она уехала оттуда совместно со мной Королевские тридцать девять 2 глава 30 один годом ранее, когда мне повелели прибыть ко двору, да так и не возвратилась назад. Я знала, что могу положиться на свою сестру Мари в том, что она позаботится о ней. При мысли об этом на глаза вновь навернулись слезы. Я так желала, чтоб Мари гордилась мною Королевские тридцать девять 2 глава, собственной умненькой сестрой, ставшей фрейлиной царской семьи.

Я услышала шарканье ног, кто‑то вошел в келью. Я оборотилась и приподнялась на локте. Это была сестра Эммануэль. В мерклом свете лампы, висевшей в коридоре, смутно белело ее длинноватое лицо с аристократическим носом. На ней была свободная ночная рубаха, а на плечи наброшена потертая Королевские тридцать девять 2 глава древняя шаль.

Вытерев слезы, я села на постели и уже отрыла рот, чтоб заговорить, но сестра Эммануэль приложила палец к губам и покачала головой. Я закрыла рот. Она кратко кивнула, взяла в руки небольшой глиняный кувшин, стоявший рядом с моим убогим ложем, и налила чашечку воды. Присев на кровать Королевские тридцать девять 2 глава, она протянула ее мне. Я послушливо испила. Вода была ледяной, но она освежила меня. Я ощутила, как бьющая меня дрожь слабеет. Эммануэль забрала чашечку и поставила ее назад на столик, позже приложила обе ладошки к щеке, как будто ребенок, делающий вид, что дремлет.

Утомленная, я откинулась на подушку. Она Королевские тридцать девять 2 глава смочила мой носовой платок водой и осторожно вытерла мне лицо, как малеханькой. От таковой внезапной нежности слезы вновь навернулись у меня на глаза, но я попробовала признательно улыбнуться. У нее дрогнули уголки губ, и она протянула мне сложенный в три раза клочок материи, который прятала в рукаве. Я Королевские тридцать девять 2 глава вытерла глаза и высморкалась. Когда я смущенно протянула ей платок назад, Эммануэль покачала головой, отказываясь взять его. Я сжала его жаркой потной рукою и подсунула под щеку. Она погладила меня по голове. Я глубоко вздохнула и ощутила, как начинает уходить охватившее меня напряжение.

Уже засыпая, я вдруг сообразила, что край Королевские тридцать девять 2 глава моего одеяла приподнимается. Меня обдало потоком прохладного воздуха. Когда же я сонно пошевелилась и приоткрыла глаза, сестра Эммануэль забралась ко мне в кровать, и ее прохладная рука скользнула по моему телу и легла мне на грудь, больно стиснув ее. Она прижалась ко мне всем своим костистым телом.

Очевидно, я Королевские тридцать девять 2 глава знала, что время от времени у дам бывают возлюбленные обоего пола. У меня были подруги при дворе, которых против воли выдали замуж за дряхлеющих распутников либо грешных повес, и они находили спасения от их назойливого внимания в ласковых дамских объятиях собственных знакомых. Мадлен де Скюдери,[32]которую я Королевские тридцать девять 2 глава любила, славилась салонами выходного денька, «субботами у Сафо», на которые допускались только дамы. Мы читали друг дружке любовные поэмы и писали рассказы о стране любви и гармонии, куда мужикам был вход воспрещен, а дамам не угрожали их грубые домогательства. Раз либо два дамы даже делали мне соответственное предложение, но я всегда Королевские тридцать девять 2 глава с ухмылкой отрешалась. Но же была большая разница меж призывно изогнутой бровью и прохладной костистой рукою, стискивающей грудь, в особенности когда нервишки и так были натянуты, подобно струнам лютни, от испуга и тоски.

Я резко оборотилась и с таковой силой толкнула ее, что она упала на Королевские тридцать девять 2 глава пол.

– Не смейте, – воскликнула я. – Убирайтесь отсюда!

Сестра Эммануэль приземлилась на свою костистую пятую точку с звучным стуком. Должно быть, ей было очень больно. Из примыкающей кельи до меня донеслось испуганное оханье. Я села на постели, прижимая к груди одеяло, и уставилась на нее. Я уже открыла рот, собираясь отпустить Королевские тридцать девять 2 глава язвительное замечание, но при виде выражения, показавшегося у нее на лице, язык мой присох к горла. Она с ненавистью смотрела на меня, и взор этот обещал мне, что я еще горько пожалею о собственном отказе. Несколько мгновений она молчком стояла рядом, а позже приподняла занавеску и пропала. Вся Королевские тридцать девять 2 глава дрожа, я откинулась на подушку.

Сестра Эммануэль пренебрегала и наказывала меня каждый денек. Мне было приказано выносить ночные горшки по утрам и споласкивать их водой, таковой прохладной, что за ночь ведро покрывалось коркой льда. Я стала работать на кухне, где мыла посуду в грязной воде и чистила груды овощей. В Королевские тридцать девять 2 глава мои обязанности входило выгребать золу из кухонных печей и камина в приемной, единственной комнате монастыря, где разрешалось разводить огнь. Мне также поручили пополнять припасы дров, так что мне приходилось выходить на двор и на холоде рубить поленья, отчего руки покрылись мозолями и побагровели. Сестра Эммануэль постоянно носила трость, которую пускала в Королевские тридцать девять 2 глава ход каждый раз, стоило мне задержаться с выполнением ее приказаний.


korotkovskaya-srednyaya-obsheobrazovatelnaya-shkola-korochanskogo-rajona-belgorodskoj-oblasti.html
korovi-s-diagnozom-ostrij-kataralno-gnojnij-endometrit.html
korporacii-ruan.html